Институты как равновесия

Для нас естественно, что неделя длится 7 дней. Но так было далеко не везде и не всегда. Скажем, в Колумбии и Новой Гвинее до вторжения европейцев продолжительность недели составляла 3 дня, в Индокитае — 5 дней, в Перу — 10 дней, а в южных провинциях Китая — 12 дней. На значительной части территории того региона, который сейчас называется Италией, в VIII—VII вв. до н. э. продолжительность недели равнялась 8 дням, а французы и ныне, когда хотят сказать «через неделю», употребляют выражение «dans huit jours", дословно переводимое, как «через 8 дней».

Исследователи, занимавшиеся вопросом формирования в различных обществах промежуточного между месяцем и днем временнόго интервала под названием «неделя», сходятся на том, что очень часто он своим появлением был обязан необходимости регулировать экономические взаимодействия, для успешной реализации которых требовалось участие многих людей. Напомним также, что периодические рынки свойственны сельскохозяйственным экономикам, где спрос недостаточен для того, чтобы держать постоянные магазины. До сих пор 

в языках некоторых западноафриканских племен названия дней недели переводятся дословно, как «рыночный день», «второй рыночный день», «рыночный день наступит завтра«⁵⁹.

В модели, которая рассматривается ниже, два фермера каждый раз с интервалом в неделю съезжаются в условленное заранее место для торговли. Тем самым продолжительность недели определяет частоту, с которой устраиваются базарные дни. Оба фермера заинтересованы в достижении такого соглашения о длине временнόго интервала, которое соблюдалось бы ими обоими. Это позволило бы им минимизировать транспортные издержки (избежав случаев приезда во внебазарные дни) и максимизировать количество покупателей⁶⁰. Выигрыши фермеров в зависимости от частоты их приезда на рынок представлены в табл. 2.10.

В данной игре есть три соглашения, соответствующие чистым равновесиям по Нэшу и устанавливающие ту или иную частоту приезда на рынок, которая соблюдается обоими фермерами. Какое именно из этих равновесий будет реализовано в действительности? Шоттер пишет:

Точную форму любого социального института можно определить только вероятностно. Эволюция недели будет в значительной степени зависеть от совпадений встреч людей при первых их выходах на рынок. Далее возникнет эффект снежного кома: люди будут приезжать на рынок с выбранной ими частотой, встречать людей, выбравших ту же частоту посещения рынка, и продолжать ее придерживаться, если увидят, что ее придерживаются многие. В результате, общее правило поведения будет установлено и институционализировано, но точная его форма определится случайным образом… История взаимодействия окажет огромное влияние на форму складывающегося института, и в той мере, в какой существуют различные варианты траекторий взаимодействия, возможно появление различных институтов⁶¹.

Возникающее соглашение о продолжительности недели может не быть Парето-оптимальным. Действительно, хотя соглашение об однодневной неделе для обоих фермеров не столь выгодно, как соглашение о двух- или трехдневной неделе, оно, тем не менее, может реализоваться в качестве равновесия по Нэшу в данной игре.

Заметим, что соглашения носят самоподдерживающийся характер. Поэтому, если уж определенное соглашение установилось, его крайне сложно заменить на другое, хотя история знает такие попытки. Наиболее яркий пример дает Франция. В декабре 1792 г. там был издан декрет о реформе существовавшего календаря. Согласно этому декрету, новый календарь основывался на двенадцати тридцатидневных месяцах, каждый из которых состоял из трех десятидневных недельных циклов, получивших название декад. Кроме введения десятидневной недели, реформаторы разделили также каждый день на десять часов, состоящих из ста минут каждый.

Вся кампания была антиклерикальной и даже антихристианской. В то время как старый календарь ассоциировался с религиозными традициями и обрядами, новый, по замыслу реформаторов, должен был основываться на «здравом смысле и рациональности» и быть светским. Соответственно были предприняты масштабные попытки замещения семидневного цикла новым десятидневным и в церковной, и в светской жизни: церквям было предписано открываться только по десятым дням недели, новые революционные праздники привязывались к десятидневному циклу. Во времена революционного террора власти составляли списки глав семей, которые уклонялись от участия в новых праздниках, а тех, кто пытался отдыхать по воскресеньям и выделялся в эти дни нарядной одеждой, рассматривали как врагов свободы, равенства и братства. Новый цикл насаждался и в коммерческой деятельности: рынки и ярмарки организовывались в определенные дни новой недели. Закон также запрещал использовать традиционные названия дней семидневной недели в контрактах и деловой переписке.

Однако в обществе росло недовольство. Новый календарь быстро стал объектом сатиры. Его высмеивали в комедиях, песнях, карикатурах. Например, в популярной в те времена в Париже комедии «Nicodeme a Paris, ou la Decade et le Dimanche» высмеивалась пара влюбленных, спорившая, когда им следует пожениться — в воскресенье (le Dimanche) или в декаду (la Decadi). Сопротивление новым порядкам со стороны Церкви только укрепляло позиции старой календарной системы. Так, хотя по новым законам свадьбы должны были играться в последние дни декад, получить благословение священника жених с невестой могли только по воскресеньям. Более того, занятия во многих частных школах, руководимых монахами или священниками, как и прежде, строились, исходя из семидневного цикла.

В итоге, календарь, основанный на десятичной системе, был отменен. Антиклерикальной политике правителей революционной эпохи, учредивших новый календарь, пришел конец. Возвращение старого календаря явилось составной частью новой политики Наполеона, которая, в частности, была направлена на восстановление союза с Церковью⁶².